Обо мне

Моя фотография
Yangantau, Southern Urals, Russia
"БУДЬTE СОБОЙ, ОСТАЛЬНЫЕ ВСЕ ЗАНЯТЫ !" ©

понедельник, 18 февраля 2019 г.

Две встречи с Вольфом Мессингом


Эпиграф: "Мысль существует отдельно от мозга, он только улавливает её из пространства и считывает...". - Наталья Бехтерева, академик и нейрофизиолог.

Пролог. Как-то, это было давно, обратилась к моей маме жена её брата - не знаю, как она называется коротко, золовка, что ли... - с просьбой повлиять на мужа. Гуляет, мол, на стороне.

Небольшой городок на Южном Урале, пятидесятые годы.
      Борис, брат моей мамы, работал директором крупного молокозавода и, конечно же, была у него секретарша. Вряд ли длинноногая блондинка - это сейчас мода такая. Скорее всего, молодая и аппетитная. Да, «кровь с молоком»...
      На проспекте Ленина, в новом городе, было кафе "Встреча", где эта пара иногда обедала. О том, что они любовники и место встречи сообщили доброжелатели. И точное время обозначили. Мама пришла в кафе чуть раньше, села за столик и заказала кофе...
      И вот они, голубки! Да, красотка: пышные формы, в общем, всё при ней. Короче, во время обеда Борис вылил на голову своей подружки суп ли, может борщ… бросил на стол крупную денежную купюру и ушёл из кафе...
      Секретарша уволилась, Борис вновь стал примерным семьянином: обедал дома, выходные дни проводил с женой и детьми на даче.




  Моя мама с детства обладала гипнозом... Работала на закрытом предприятии...


Москва, конец августа 1960 года.
      А вот, теперь, начинается моя история. В одиннадцать лет меня отвезли, сначала, в Москву (площадь Дзержинского, ныне Большая Лубянка, дом ...), - потом в спецшколу-интернат (Голицыно, Подмосковье)...
      

       Школа была, на первый взгляд, обычной, но находилась она в двухэтажном здании казарменного типа на территории суворовского военного училища и обучение проходило в нашей группе из двадцати детей одиннадцати-двенадцати лет, преимущественно, на английском языке. Были здесь немецкая, французская и испанская группы, изучали даже такие языки: как «фарси» и «дари» - в пятой группе, - потом пригодились в Афганистане.     Официально, по-легенде - считалось, что в нашем корпусе (номер 4) готовят будуших военных переводчиков. Из остальных трёх корпусов, отбирали успешных выпускников в высшие военно-командные училища. Все мы были одеты в суворовскую форму, именовались группы взводами, ротами и ходили, в основном, военным строем.
      Два-три раза в неделю, только в спецшколе, были индивидуальные тестовые занятия и собеседования. Проводил их «старый профессор» таким он нам казался: седоватый, с бородкой и в очках с золотой оправой - называли его старший воспитатель (приезжал из Москвы). Кто он был на самом деле - можно было только догадываться....
      Некоторые занятия проходили наедине, в небольшой комнате без окон. Это был подземный (цокольный) этаж, здесь же находился небольшой спортзал. Двери кабинета для занятий закрывались снаружи на ключ сопровождавшим ученика офицером-воспитателем в военной форме .
После получаса просмотра тестовых картинок, загадок и ещё всякого прочего - "профессор" погружал испытуемого в транс - пытался добиться состояния изменённого сознания... Обычно дети до десяти лет не поддаются гипнозу, но далее, примерно с одиннадцати лет, это бывает возможным. Суть была в том, что я, сын своей матери с необычными способностями, мог что-то перенять от неё...

     Достал меня "профессор" своими "спи... спи... спи...", что я не выдержал и воскликнул "сам спи!". Это была первая моя встреча с профессиональным гипнотизёром. Занятия, обычно, продолжались полтора часа.... Но прошло гораздо больше времени. Обеспокоенный дежурный воспитатель открыл своим ключом дверь в аудиторию и увидел следующую картину: "профессор" крепко спал за столом, положив голову на скрещённые руки, а я ... сидел напротив и с интересом разглядывал картинки в сборнике тестов для английских школ...

     Потом я стал любимым учеником "профессора". Звали его Юрий Андреевич Б...ский. Спасибо, Вам, за науку и «сломанное» детство.



И прожил я очень сложную жизнь, но это совсем другая история...

«Вольф Мессинг — самый знаменитый экстрасенс нашего СССР. Человек-загадка. Телепат, менталист, гипнотизер, предсказатель … — почти колдун». Масло в огонь подлила и книга мемуаров,опубликованная в журнале «Наука и жизнь» в 1965 году, якобы, написанная самим телепатом.
      Занимательная книга-автобиография "О самом себе" - легенда, вымысел: она не «о себе», потому что она даже не автобиография. После этой книги, от первого до последнего слова вдохновенно написанной Михаилом Васильевичем Хвастуновым, пишущим под псевдонимом М. Васильев - заведующий отделом науки «Комсомольской правды, а среди коллег более известным как Михвас, - о Мессинге было написано еще несколько трудов.    Но они всегда базировались на «автобиографии» Мессинга, как на основном источнике всех сведений о нём...
      Журналист Михвас, решил мистифицировать Мессинга и сочинил ему новую жизнь. Книга "О самом себе" была опубликована ещё до смерти "читателя мускулов", однако тот так никогда и не опроверг (как, впрочем, и не подтвердил) изложенных в ней фактов.
      Эти двое, репортёр и фокусник-шарлатан, так думали многие, общались всего неделю, и что мог поведать напористому журналисту замученный, робкий и крайне плохо изъясняющийся по-русски Мессинг? Правду? Правду читать никто не станет. А Мессингу тоже нужна приличная биография, иначе кто будет ходить на его концерты?
      А для артиста вымышленная биография — это святое. Ведь это же не обман, это искусство, сказка, пришедшая в жизнь, а люди всегда хотят сказок… В целом, его судьба сложилась вполне удачно. Концерты шли отлично, известность Вольфа росла с каждым днем.
      … Ещё, в 1944 году, в Новосибирске, Вольф Мессинг встретился с женщиной, которая стала потом его женой и верной помощницей, - Аидой Михайловной Рапопорт. Она умерла 2 августа 1960 года в семь вечера от рака, точно в день и час, предсказанный Мессингом.
Годы, прожитые с ней, - самые счастливые в его жизни. Неудивительно, что после этого случая свои способности предсказания Вольф Мессинг считал скорее проклятием, нежели даром небес. Он впал в глубокую депрессию, не выступал и не мог что-либо предсказывать.

     Лишь через год Мессинг вернулся к активной жизни. Его выступления опять были на афишах, а общение с людьми, даже самыми простыми, приносило радость и покой.


Вспомнилось … Одно из первых выступлений Вольфа Мессинга состоялось у нас в суворовском училище, Голицыно (Подмосковье), конец августа 1961 года.
      Здесь я едва не испортил ему сеанс с психологическими опытами своим нелепым внушением. Это была закрытая часть жизни телепата: история с появлением "пророка"... Потом "профессор" извинялся за меня, мелко кланяясь, а я навсегда запомнил его, Вольфа Мессинга, внезапно просветлевший взгляд и почувствовал, что напомнил ему того мальчика каким он был... В детстве.

      Вот, что я «увидел» … «В детстве, Вольф - впечатлительный мальчик, страдавший сомнамбулизмом, любил читать и совсем не любил зубрить религиозные тексты. Отец нанял бродягу с безумными глазами и, научив кое-чему, попросил того выступить в роли "пророка". Вечером он послал Вольфа в лавку. Мальчик бежал обратно и, когда уже был возле калитки, с крыльца прогремел чудовищный бас.
Вольф остолбенел: человек в белых одеждах обращался к нему «Сын мой! Я послан тебе свыше предречь будущее твое служение Богу. Иди в иешибот. Богу будет угодна твоя молитва!". Мальчик упал в обморок. После этого он стал студентом-иешиботником и покорно начал учиться и, наверное, Мессинг мог бы быть раввином, если бы случайно, возле трактира, не увидел, о боже! - знакомую фигуру в длинной белой рубахе и не услышал тот же громовой и пъяный голос. Он понял, что его обманули.
И решил бежать …».

     Я «почувствовал и прочитал» эту историю с "пророком в белых одеждах" - хотя не понял смысла слов, - когда Мессинг проходил, во время своего выступления в суворовском училище мимо меня с индуктором, в поисках какой-то спрятанной вещи. Этот испуг от встречи с пророком отпечатался в сознании Вольфа и остался в памяти на всю его жизнь.
«Я увидел это» и Вольф Мессинг понял, что я знаю историю о лжепророке…

Небольшой городок на Южном Урале, начало августа 1956 года
      ... Мы жили тогда рядом с Промплощадкой, в пятиэтажном доме выкрашенном охристой краской - внизу, у отмостки, почерневшей от сырости. Таких домов, с тремя подъездами по четыре квартиры на каждом этаже, было восемь: образовывали они "квадрат" - с проездами во дворе и улицами, объединившими десять "квадратов" в жилую зону из более чем восьмидесяти домов. И жили здесь семьи работавших на содово-цементном комбинате из местного населения и приезжих специалистов. Так и назывался этот посёлок, "Содовый"...
      Были здесь: котельная, щкола, два магазина, столовая и Дворец культуры. А детям нравилось играть в заброшенном частном секторе с южной стороны Промплошадки, откуда переселили жителей в этот благоустроенный посёлок.
      Прошло всего несколько лет - частные дома продали на слом, разобрали по брёвнышкам и кирпичикам, сараюшки сожгли... - и подворья густо заросли бурьяном, а густо разросшиеся деревья закрыли от нашего посёлка железнодорожный вокзал и старый город.
      Лето, август. Играли мы здесь в прятки. Посчитались и дружно разбежались кто-куда. Слышно было как Соня, соседская девочка из семьи эвакуированных во время войны ленинградцев, звонко и торопливо кричит: "...три, четыре, пять. Я иду искать, кто не спрятался я не виноват". Отбежав недалеко, я споткнулся и с размаху упал ничком сквозь крапивные заросли куда-то вниз. Слегка оглушённый попытался пошевелиться, но подо мной страшно заскрипело что-то. Вечерело, но видно было хорошо. Я лежал на широкой доске уместившись грудью и животом, ноги свисали куда-то в пустоту, а руками вцепился в край деревянной обшивки большой и глубокой ямы. Снизу поднимался удушливый смрадный запах. Это было слегка присыпанное отхожее место или обвалившийся очень глубокий погреб.
      Краем сознания улавливал и, казалось, слышал как отдалённо перекликались дети... Прошло, наверное, много времени. Я устал и сильно был напуган.
     - А что ты тут лежишь? - Над краем ямы высунулась любопытная мордашка Сони. - Фу, как здесь плохо пахнет...
     Как понять? И что произошло?!. Нам не было ещё и семи лет, но Соня каким-то необъяснимым образом сумела стащить меня с гнилой доски, которая невыносимо трещала и этими звуками лишала меня сил. Перевалила через край ямы, перевернула навзничь и принялась вытирать подолом платьица сопли и слёзы на моём лице...

     Много лет прошло, перепутались в памяти все августовские дни, но тот день запомнился мне навсегда. А детское личико Сони над краем ямы неясно, но помню. Голос её звонкий слышу иногда. Ощущения свои сохранил…
      А её забыл.

Небольшой городок на Южном Урале, и вновь август, но только год 1971-й.
      Лето семьдесят первого … - после ранения в очередной, так называемой, локальной войне (… боевые действия в Лаосе: с ноября 1969 по декабрь 1970) и долгого изнурительного лечения, я приехал к родителям.Отец был болен – сказались последствия фронтовых ранений, - и я решил пожить какое-то время рядом с ним. Денег хватало, но потребовался художник-оформитель в местный Дворец Культуры содово-цементного комбината - надо было подменить отца, который вёл здесь художественный кружок и подрабатывал написанием киноафиш. Мастерская находилась во дворе в помещении небольшого склада.
      Работа, со свободным графиком, была простой: афишы к киносеансам и концертам; панно к праздничным мероприятиям и так, кое-что по-мелочи... В художественной студии-кружке объявили каникулы.
      Задания давал, обычно, директор - приятель моего отца. И вот, как-то, к нему, директору, в кабинет вошел импозантный мужчина, - не старый, но уже сильно облысевший, с одутловатым лицом и нездорово располневший. Красные прожилки густо прочертили щёки пъющего человека. И, всё же, он был красив и импозантен как оперный артист...
      - Владимир Голубев, администратор республиканской филармонии, - привычно представился господин. - Через три дня планируется ряд концертов известного гипнотизёра, выступающего с сеансами угадывания мыслей... - Помолчал, помялся немного, но нарочито.
      Я понял, что дальше речь пойдёт о деньгах: кому, сколько... обычная схема, распространённая и прибыльная для гастролёров и всех участников процесса, в то нелёгкое время. Извинился и ушёл к себе.
      Через полчаса администратор Голубев пришёл в мастерскую в сопровождении директора и мне дали задание изготовить и выставить перед Дворцом культуры рекламный плакат-афишу о выступлении гипнотизёра Вольфа Мессинга, телепата и мастера психологических опытов. Срок: два дня. Дата выступления– 21 августа 1971 года, время – 19 часов.
      Оба были «подшофе» и пахло от них коньяком …

Москва, наши дни. Из лекций «профессора» и других источников … 
      Менталист - от ментализм (мастерство психологических опытов) - вид исполнительского искусства, демонстрация на публике психологических экспериментов, опытов и «экстрасенсорных» способностей, таких, как телепатия, ясновидение, психокинез … , а также выдающихся способностей памяти и быстрых вычислений. К ментализму также может быть отнесён гипноз как сценическое искусство. Для нашего уха - это название не очень привычно, нам ближе термин «экстрасенс» — человек, обладающий сверхчувственными способностями. 
     Ментализм использует принципы и навыки, схожие с другими видами иллюзионизма. Некоторые из исполнителей (мистификаторы) заявляют, что в действительности обладают экстрасенсорными способностями
Джордж Крескин, который изобрёл название «менталист», говорил, что менталист — это не экстрасенс, а обычный человек, который сам развил в себе сверхспособности сознания.
      Юрий Андреевич Б…ский, наш «профессор» из спецшколы утверждал, что менталист — это человек, овладевший навыками остроты ума, гипноза и внушения, управления мыслями и поведением других людей. Он учил нас читать чужие мысли, внедрять свои мысли в сознание собеседника, знать ответ на вопрос раньше, чем его задали, узнавать прошлое и прогнозировать будущее собеседника. И в том, что менталист способен делать, нет ничего сверхъестественного, каким бы странным это ни казалось на первый взгляд. Просто он развивает в себе сам возможности человеческого сознания, присущие любому человеку от рождения .

«Ментальная (раппортная) связь: ощущение синхронной связи с другим человеком, чувство взаимности, ощущение доверия - создается подстройкой, отзеркаливанием и присоединением.
Синхронизм описан как явление, но как именно он работает - никто не знает, - говорил Юрий Андреевич Б … ский. Просто - духовная связь».
      «Мысли сходятся» — не просто образное выражение. Магнитно-резонансная томография мозга подтвердила: в процессе общения нейронная активность двух человек может синхронизироваться».

Из автобиографии Вольфа Мессинга … А правда выглядела довольно уныло.
      Ну, бежал мальчик из дома… В Берлине Вольф вел трудную жизнь. Работал ковёрным в цирке. Чистил лошадей и чинил обувь танцовщицам. Двенадцатилетний подросток работал посыльным, посудомойщиком, носильщиком, чистильщиком обуви. Денег не хватало. Постоянно недоедал. Однажды он упал в голодный обморок прямо посреди улицы и его отвезли в больницу. Поначалу доктора не обнаруживают у мальчика пульс, и Вольф Мессинг попадает прямиком в морг.
      И кто знает, как бы сложилась его судьба, и выжил ли бы вообще будущий телепат и предсказатель, если бы один практикант не заметил, что сердце у него все же бьется, хоть и очень слабо. Спустя трое суток Вольф просыпается.
      Узнав, что Вольф Мессинг способен впадать в кратковременный летаргический сон, немецкий психиатр и невропатолог профессор Абель забрал его к себе и стал обучать Вольфа управлению собственным организмом, а также проводить различные эксперименты по внушению и считыванию мыслей.
      Мессинг выступал в паноптикуме, где, лежа в стеклянном ящике-гробу, изображал японца Такамуру, «который сорок дней не ест ничего, только пьет сельтерскую». Крайняя худоба загримированного юного Вольфа внушала зрителям почтение, а ел он по ночам…
      Потом Вольф попал в ассистенты к чтецу мыслей на расстоянии и досконально узнал все трюки, при помощи которых факиры незаметно для зала общались с ассистентами. Обычно они сводились либо к подмене записок из зала, либо к кодовым словам и интонациям, обозначавшим предметы и действия, которые выступающему надо совершить.
      «Отгадывать содержимое карманов было легко, — вспоминал Мессинг. – Ну, что носит в кармане взрослый человек? Платок, очки, часы, монеты. У нас был список до ста предметов, за каждым из которых была закреплена своя комбинация обычных фраз ассистента «Что у меня в левой, я сказал в левой руке? А в правой что? А еще точнее?»

Из автобиографии Вольфа Мессинга... Именно тогда и началась его новая жизнь.
      Когда Вольф начал выступать самостоятельно, он трясся на сцене от ужаса. Постоянная боязнь разоблачения была его кошмаром - он крайне осторожно вводил в программу новые номера, а в качестве ассистенток всегда предпочитал своих жен или любовниц: только им, любящим женщинам, он мог довериться полностью и в их присутствии чувствовал себя более защищённым. Тем не менее дрожал, потел и заикался Мессинг на выступлениях всю жизнь — это и составляло его фирменный стиль.

Из воспоминаний близких людей … «Людям казалось, что это бурлит его мистическая энергия, а у него от волнения обычно болел живот… И никогда его не переставали изумлять легковерие и покорность людей. Если Вольф велел им прыгать с закрытыми глазами, они прыгали, приказывал плясать — плясали».
      Билет на концерт Вольфа Мессинга стоил рубль с чем-то. Ажиотажа в кассе не наблюдалось, но и зал не выглядел пустым. Мне пришлось сидеть в проходе. А стул я взял в кабинете директора, до этого искал в кружковых залах, но их, стулья и банкетки из холла разобрали сотрудники Дворца культуры. Проходы были заполнены. Многие прищли с детьми.

Из автобиографии Вольфа Мессинга … «Но вот детей я остерегался. Дети могут таскать с собой все, что угодно, — стекляшки, дохлых мышей, стреляные гильзы. Противные, невоспитанные мальчишки кривлялись, перепрятывали искомые вещи, а уж чего только не водилось в их карманах».



      И спасительные призывы Мессинга «Не думайте все сразу! Вы мешаете мне сосредоточиться. Я прошу пана в первом ряду не мурлыкать про себя этот мотивчик — пан меня сбивает!», после которых взрослые стушевывались и охотно принимали вину за проваленный «опыт» на себя, не помогали с циничными подростками».

Из воспоминаний близких людей … «С самим Мессингом трудно было говорить — он говорил с польским акцентом и плохо изъяснялся по-русски».
      Великий чтец мыслей и сверхчеловек так за всю жизнь и не смог по-настоящему освоить ни одного иностранного языка.

Зрительный зал Дворца культуры, 21 августа 1971 года, 19 часов.
      Ассистентка торжественно и картинно объявила Мессинга… В начале семидесятых Вольф Мессинг получил звание заслуженного артиста РСФСР и был этому чрезвычайно рад, Ему нравилось, когда именно так его представляли на концертах…

«Теперь, казалось, что его дар будут изучать, он получит признание науки, однако это было одно из немногочисленных предсказаний великого Вольфа Мессинга, которому не суждено было сбыться».
      После небольшого вступительного слова Вольфа Мессинга о телепатических возможностях началась серия психологических опытов.



      На сцене стояла доска. Из зала один человек говорил трехзначное число, другой – второе трехзначное число. Их надо было перемножить между собой. Мессинг на доске записывал обе цифры, затем подводил черту и записывал правильный результат. Кто-то из зала прятал какой-то предмет, а Вольф Григорьевич ровно за минуту его обнаруживал. Он легко находил запрятанные предметы, держа свою руку на пульсе руки «индуктора». Узнавал содержание записок, написанных зрителями из зала. Вслух прочитывал страницы книг, которые перед этим только мгновение просматривал. Производил моментальные операции с большими математическими числами, решал сложные примеры извлечения квадратных и кубических корней из семизначных чисел, причем, запоминал все цифры, которыми оперировал.
      Никаких опытов телепатического внушения Вольф Мессинг не производил, ссылаясь на категорическое запрещение властей.
      Мессинг передвигался по залу быстро… Он был небольшого роста, в тёмно-фиолетовом фраке, сутулился... и оттого был похож на большую - блестящую в свете софитов, - чёрную ворону. И работал Мессинг некрасиво и очень тяжело. Лицо его было очень напряжено, на нём постоянно выступали капельки пота.

Вспомнилось … «Профессор» говорил нам, что Мессинг в своих выступлениях использует идеомоторные акты. Например, для того, чтобы узнать кем-то загаданную страницу. Если перелистывать книгу, то рука листающего притормозит именно на той странице, которая была загадана. А тот человек, который эту руку держит, такое торможение почувствует. Артист всегда относился к своим способностям не как к чудесам, а как к новым научным возможностям. Он сотрудничал с учеными «Института мозга», где работал профессор Юрий Андреевич Б…ский, - с врачами, физиологами, психологами и психиатрами, стараясь объяснить собственные умения с физиологической точки зрения».
      … Он выполнял задания из зала, периодически спрашивал новые. На сцену выходили люди и то, что они придумывали, они не говорили вслух. Например, подойти к шестому ряду и у человека, который сидит на девятом месте, из кармана вытащить блокнот или ручку. Да, Мессинг держал того, кто давал ему задание, за руку и вместе с ним шел по зрительному залу.

«Я понимал: он использует идеомоторику –мышечные сокращения, вызывающие данные движения, - и они могут быть осознаваемы. Ведь он «читал» чужие мысли и был удивительно чувствительным. На концерте он также выполнял подсчеты в уме. Конечно, все выглядело просто непередаваемо. Каждый успешный фокус вызывал восторг и искренние аплодисменты. Да, именно фокус. Телепатия, как и другие подобные явления, которые не могла объяснить официальная наука, тогда были под негласным запретом. Поэтому Мессинга воспринимали как гипнотизера. И у многих в подсознании сидела одна и та же мысль: всё это делают подсадные утки или он применяет обычный гипноз».
      Один из зрителей, якобы, преподаватель психологии попытался опровергнуть феноменальные способности Вольфа Григорьевича. Он выскочил на сцену, кричал, что Мессингу подсказывает ассистент, что все это – известные в психологии приемы, и его любой студент может выступить так же … К удивлению своему, я узнал в этом «зрителе» администратора филармонии Владимира Голубева. Сцена с «подставой» была разыграна как по нотам. После блестящего «отгадывания» мыслей у этого «зрителя», он «сконфуженный» покинул сцену…
      У меня мелькнула мысль: если всё это Мессинг играет, то делает это просто великолепно. Ведь в то время о Мессинге нигде невозможно было найти какую-либо информацию. Никто не знал о его способностях предвидеть будущее, о нём о самом. Простые зрители воспринимали его как артиста оригинального жанра и не больше…

     Один раз он прошел рядом со мной. Потом вернулся и пристально посмотрел на меня. Тряхнул большой головой с шапкой кудрявых седых волос и пошёл дальше по залу за индуктором. От него сильно и кисло пахло потом...

Вспомнилось … «Десять лет назад я почувствовал и «прочитал» историю с "пророком в белых одеждах» из его детства... и, вот, сейчас он узнал меня, мальчика из суворовского училища и очень сильно испугался... Я внимательно его рассмотрел и запомнил странное выражение лица. Мышцы под кожей на его лице ходили буграми, вены надулись на висках. Страшно было смотреть...».
      Я не стал дожидаться конца выступления и, прихватив с собой стул - направился к кабинету директора, - хотел оставить, но дверь была заперта. Прислонил стул к двери и вышел подышать воздухом на площадь перед ДК.


      Это было большое помпезное сооружение, выстроенное в период торжества сталинской архитектуры. В больших нишах на фасаде здания, слева и справа от колоннады, выделялись плакаты: на одном: панно - нарисованное моим отцом, - рабочие «строящие коммунизм» на фоне вагонеток и производственных корпусов содово-цементного комбината. На другом, справа, моя афиша, где на ультрамариновом фоне было написано наискось - белым, крупно: на полтора метра, - «Гипноз». Чуть ниже: «Телепатия. Сеанс психологических опытов», а вверху: нарисованы «глаза», как бы проступающие из тёмно-синего пространства… Огромные глаза гипнотизёра и подпись «Вольф Мессинг». Ну, и далее, внизу: дата, время, цена билета…

     Раздались голоса и в проходах между колоннами появились люди. Концерт закончился.

     Я поднялся по широкой лестнице на второй этаж: в фойе оставались ещё возбуждённые зрители, поджидавшие детей из туалета. Сотрудники Дворца культуры расставляли взятые на время концерта банкетки вдоль стен. А из кабинета директора выплыла очень полная женщина с сумкой прижатой к груди пухлыми руками. Это была кассир, с необычным именем Сивилла: приносила деньги директору – это была сегодняшняя выручка от концерта.
      Я решил обождать и походил немного по холлу - разглядывая акварельные пейзажи в самодельных рамках, - развешанные на стенах. Это были работы воспитанников моего отца, из художественной студии.

     … За дверью слышались голоса, громкий и звучный баритон администратора Голубева и хрипловатый прокуренный голос директора. Иногда в их разговор вклинивался негромкий и осторожный голос с сильным польским акцентом, он принадлежал знаменитому телепату. Поймав паузу, я постучал и вошёл в кабинет.
      Сказать, что я был изумлён и встревожен… - этого мало. Я был потрясён: передо мной был шлагбаум – толстая труба, раскрашенная через промежутки в красный и белый цвета. К ней прикреплён двумя болтами белый металлический лист - полметра на метр, - с закруглёнными углами и с красной полосой по периметру. А нарисован на листе окантованный красным жёлтый треугольник с характерным красным значком… и подписано чёрным: «Радиоактивность». Это слева, а справа, красным: «СТIЙ !» и ниже: «ЗАБОРОНЕНА ЗОНА». За шлагбаумом - асфальтовая дорога ведёт через редколесье и упирается в забор из колючей проволоки навешанной на бетонные полутораметровые столбы. На углу, за забором, пустая сторожевая вышка…


     Продолжалось это «видение» секунд десять, чётко с деталями, которые я успел не только рассмотреть, но и запомнить. Потом, туман… и лицо, старое, в глубоких морщинах.
      Мессинг держал меня за обе руки, чуть выше запястий – там где пульс. Всматривался в моё лицо… В глаза. Я чувствовал его.
      Вольф Григорьевич «рассказывал» мне историю «с прятками» из детства, о Соне и моём страхе, который помнил и сейчас… Я видел себя со стороны.

     И вот, главное: как я смог это выдержать?!.

«… Соня с мужем, военным, пострадают в результате Чернобыльской аварии… Иностранные газеты … Крупно - «THE NEW YORK TIMES»… The Chernobyl accident… 26 April 1986… World disaster …
Уйдут из жизни от лучевой болезни, - один за другим: Соня - в Киеве, а муж – в Москве, с разницей в один год. Тела их привезут в цинковых гробах для прощания с родными в этот город на Южном Урале… Останутся сын и дочь, которые жили здесь с родителями мужа…»
      Это было как в калейдоскопе: вереница «видений»… - кадры сменяли друг друга очень быстро. Потом, туман… И люди в кабинете директора.
      Я стоял у двери.
      Всё это время Мессинг ходил по кабинету кругами, низко опустив голову и скрестив руки за спиной под фалдами фрака из блестящего тёмно-фиолетого нейлона. Я понял, что он ко мне не подходил. … Возникла синхронная связь, как тогда, десять лет назад … 

     Все присутствующие продолжали неспешный разговор. Голубев предложил выпить коньяку. Вольф Григорьевич и я отказались. Остальные: Голубев, асистентка Мессинга и директор – выпили.
      Я пробормотал: «зайду, мол, завтра». Директор махнул рукой – «… иди уже, не до тебя». Мессинг продолжал свой «бег по кругу». Головы так и не поднял. 
     И я ушёл. Совсем. Через неделю уехал в Москву, за новым назначением.



  И сын мой учился в суворовском училище. 
Потом: высшее военное училище; Академия... Воевал...

Эпилог… «Вольф Григорьевич Мессинг родился 10 сентября 1899 года в польско-еврейском посёлке Гура-Кальвария, который на момент появления его на свет входил в состав Российской империи, а умер он 8 ноября 1974 году в Москве, столице Советского Союза».
      На его сберегательной книжке имелся почти миллион рублей, но до конца жизни заслуженный артист РСФСР вместе с родной сестрой Аиды Михайловны, которая ухаживала за деверем, проживал в маленькой двухкомнатной квартире и не имел ничего ценного, а из близких существ при нём были только две любимые болонки.



      Не знаю, как для мировой психологической науки, а для меня он остался пророком.


Нон-фикшн. Основано на реальных событиях.




Комментариев нет:

Отправить комментарий